ХРАМОВ ИГОРЬ (бандерблоггер) (garry_kh) wrote,
ХРАМОВ ИГОРЬ (бандерблоггер)
garry_kh

Categories:

"Код доступа" с Юлией Латыниной (Часть 2-я)


СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Юлия, может быть, это не по теме, но на ваших новостных каналах прозвучало, что взрыв в Осетии, женщина виновата, и генетический анализ будет проведен, якобы она принадлежит к какому-то полевому командиру. А у меня вопрос. По утверждению Эллы Кесаевой, в зале были другие, на опознании трупов были другие. С какими эти генетические анализы будут проводить – с теми, которые там были, или с теми, которые там не были?

Ю. ЛАТЫНИНА: Простите, а вы осетин или ингуш?

СЛУШАТЕЛЬ: Я чеченец.

Ю. ЛАТЫНИНА: То есть вайнах в данном случае. Не знаю, как будут опознавать эту женщину. Я думаю, что мы все на самом деле прекрасно понимаем, что случилось. Этот взрыв случился практически в годовщину осетино-ингушского конфликта, случился на рынке, который уже дважды взрывали, взрывали ингуши. Случился на рынке, возле которого было похищено большинство ингушей, похищенных в Северной Осетии, причем похищено милиционерами. Наконец, этот взрыв случился после назначения Юнус-бека Евкурова, то есть тогда, когда боевикам ингушским надо что-то делать, перерыв в убийствах внутри Ингушетии объявлять, а практиковаться-то надо, путь Аллаха-то не ждет. Перерыв на новости.

НОВОСТИ

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире Юлия Латынина, программа "Код доступа". В связи с грядущей, многими экспертами предсказанной национализацией российской промышленности меня спрашивают, кто следующий. Напомню, что я здесь несколько недель назад говорила, что российские компании закредитованы, что если они не перекредитуются на Западе, что в условиях кризиса трудно, то их будет перекредитовывать и забирать "ВЭБ", и перечислила я, кажется, кандидатов в такой последовательности: "Русал" с 14,5 миллиардов долга, "Норильский никель" и "Мечел". Ну, там еще дальше "МТС", многие компании. Должна сказать, что сейчас, по итогам нескольких недель, на первое место вырвался "Норильский никель". Напомню, что произошло. Кстати, гениальная абсолютно история произошла, и которая показывает, почему важно, чтобы в ближайшее время было абсолютно ясно, кто правит Россией – премьер или президент, потому что сейчас приходится принимать штучные решения, и важно, чтобы эти решения принимал именно премьер. Так вот, история произошла следующая. У Дерипаски был кредит в 4,5 миллиарда долларов, синдицированный, взятый на Западе, который был употреблен на покупку акций "Норильского никеля", под залог экспортных потоков компании "Русал". То есть если этот кредит не выплачивался, то плохо было компании "Русал". Западные банки не продлили кредит, но 4,5 миллиарда долларов дал "ВЭБ", но под залог 25-процентного пакета акций "Норильский никель". Тем самым, стрелки были переведены на "Норильский никель", и именно он оказался под ударом, то есть "Русал" выскочил. Плюс одновременно оказалось за некоторое время до этого, что новый глава "Норильского никеля", господин Стржалковский, близкий, как говорят, друг президента Путина, он скупил процентов 10 "Норильского никеля" на те 3 миллиарда долларов, которые висели на компании "ОГК-3", ее тоже они, соответственно, контролировали. Это была инвестиционная программа, там действительно деньги лежали без дела, и вот 10 процентов скуплено и контролирует их, считайте, господин Стржалковский. Вот вам 10 процентов плюс 25, итого кто первый кандидат, догадайтесь с трех раз.

На самом деле замечательная комбинация, которая показывает, что под наибольшим ударом среди олигархов, видимо, будут те компании, которые, грубо говоря, только одна компания у человека. Вот у Потанина есть только "Норильский никель". Ему не от чего отказаться, чтоб сохранить "Норильский никель". Вот у Дерипаски было 25 процентов "Норильского никеля", он отказался от них – ну, пока он их только заложил – и, соответственно, "Русал" выходит из-под удара. У "Альфы" есть "ТНК" и "Вымпелком". "Вымпелком" сейчас тоже перекредитовался в "ВЭБе", это огромный второй кредит, который выдал "ВЭБ". В крайнем случае, может быть, придет и купит "Вымпелком" какой-нибудь "Гунвор" или еще какая-нибудь швейцарская компания, но ясно, что "ТНК" в этой истории ничего не грозит. А что касается средних российских предприятий, вы знаете, я вам скажу, что у меня даже есть большая надежда, потому что я, конечно, понимаю, что сейчас будет умирать неэффективный бизнес, этот неэффективный бизнес будет поглощаться крупными заемщиками, вряд ли те люди, у которых сейчас избыток кэша, даже такие, как Прохоров, будут покупать что-то особо крупное, потому что покупать что-то очень крупное – это подставляться под маяк государства. То есть люди будут покупать крупные компании, которые, тем не менее, выходят ниже того локатора, который вертится в Кремле. Они будут как те самолеты, которые летают низко, чтобы их не засек радар.

Это очень интересный момент. Крупные люди, действительно очень богатые люди, они будут, скорее всего, держать не одну компанию, как это выгодно на Западе, а они будут разбивать их на несколько мелких. Такую историю я, кстати, слышала. Как-то Каха Бендукидзе мне ее пересказывал относительно Грузии при Шеварднадзе. Когда к нему пришел человек, довольно богатый, Каха спросил, сколько у него компаний, и тот начал перечислять ему самые разные компании очень среднего размера, но много, и Каха удивленно спросил: "Но это же неэффективно, почему вы вместо них всех не купите одну, но крупную?", на что человек ответил: "Тогда меня раздербанят". Видимо, российский бизнес будет страховать так риски, тем более что он уже отстраховал риски, покупая компании на Западе. Я уже говорила, что у "Евраза" доходов на Западе чуть ли не больше, чем в России. Но, вы знаете, есть совершенно удивительные вещи. Например, звонит мне приятель и говорит: "Слушай, а ты знаешь, мы перекредитовались у группы западных банков, там небольшой кредит, 150 миллионов долларов, без залога, под 8 процентов годовых. Кто получатель кредита? Компания "JFC". Это если кто не знает, есть такой господин Кехман в Питере, он крупнейший российский торговец бананами. Ну, понятно, что торговля бананами сейчас будет процветать, потому что это розничная торговля, народ ананасы перестанет лопать, а бананы он точно будет жрать. Но, вот, кстати, говоря о трагическом состоянии российской экономики, без залога под 8 процентов годовых.

Алло, говорите, вы в эфире. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. У меня один есть вопрос. Ваше мнение по поводу внесения корректировки или в кавычках в Основной закон, высказанного главой государства.

Ю. ЛАТЫНИНА: Ну, как, насколько я понимаю, происходит следующее. Происходит пересмотр Конституции, после чего должны произойти новые президентские выборы. Догадайтесь с трех раз, кто победит на этих выборах. Что ж касается того, когда это произойдет – то, понимаете, новый президент будет править двенадцать лет. Даже если этот процесс будет отсрочен, то есть даже если это произойдет через полтора года, два, это регулируемый процесс, то это ж не важно: все получили сигнал, все знают, кто руководит Россией. У меня еще вопросы. У меня очень много вопросов по поводу моего выступления неделю назад про господина Френкеля, в виновности которого уверены не только присяжные, но и я. Что я могу сказать? Что, с моей точки зрения, безобразие, что этот суд является закрытым. Потому что на этом суде мы не услышали и не смогли составить своего мнения о том, виновен Френкель или нет. Мы слышали какие-то пересказы суда, в основном, со стороны адвокатов. Это глобальный процесс, один из важнейших процессов, который происходил в России, и нет ничего, что оправдывало то, что он закрыт. Потому что в результате мнение смогли составить немногие. Например, двенадцать присяжных, которые признали Френкеля виновным. Например, Юлия Латынина, которая – сейчас я открыто могу об этом сказать – видела материалы дела. Я вас заверяю, что мне их давали не следователи. Мне их давал человек, убежденный в невиновности Френкеля. Но уж извините, что я сделала те выводы, которые я сделала. Я постараюсь этими выводами и своими вопросами еще раз поделиться с вами, потому что вы, слушатели, не имели доступа к суду. Вот я имела доступ к материалам следствия. Я расскажу, что я в них прочла.

Я в них прочла, как я уже сказала, что сразу после убийства киллеры звонят посредникам, посредники звонят другому посреднику – Лиане Аскеровой, которая на тот момент находится в ресторане "Триш", рядом с ней находится Френкель. Сам Френкель в своих же показаниях говорит, что в это время, около 9.00, он сообщил своим же акционерам, которые тоже были в ресторане "Триш", он фактически сообщил, что вопрос с Козловым решен. По словам Френкеля, он имел в виду, что за полчаса до этого он встречался с каким-то человеком возле здания Госдумы, и тот ему сказал, что Козлова снимут, что Путин сказал "чтобы я этого козла больше не слышал", что его, Френкеля, усилия по очищению российской банковской системы вознаграждены. Ну, очевидно, что надо было разыскать этого человека, и очевидно, что надо было допросить акционеров банка относительно того, что они слышали. Этого не было сделано, что, с одной стороны, наводит меня на самые черные мысли о том, чем занималось следствие, с другой стороны, это показывает, что утверждение о том, что против Френкеля стремились сфабриковать дело – вовсе не стремились. Как мы видим, наоборот, дело разваливалось на глазах. Что Френкель делает потом, по детализациям. Это очень важно. Вернемся к ночи 13 сентября. Он едет в Питер. Ни один из акционеров, которым якобы говорил Френкель только что о Козлове, Френкелю не звонит после убийства Козлова, что наводит на очень много мыслей. По детализации видно, что Френкель всю ночь, видимо, не спит, приезжает в Питер. Кстати, по его собственным показаниям, когда он приезжает к гостинице, его спутники видят возле гостиницы охрану и шутят "это тебя приехали брать".

Френкель, видимо, вырубается, потому что просто его смаривает сон, и в это время ему начинают поступать отчаянные звонки предполагаемого организатора – госпожи Аскеровой. Она пишет ему смс-ки "позвони, пожалуйста, позвони, если смо…". Действительно, первый звонок, который он берет, это звонок Аскеровой. Френкель практически сразу возвращается из Питера в 16.00. Перед отъездом он снова звонит Аскеровой. Отчего такие истошные звонки? В показаниях Аскеровой, Шафрая и Погоржевского есть этому трагикомическое объяснение. Дело в том, что Френкель обещал 300 тысяч долларов за исполнение заказа, 200 из них лежало у Аскеровой. Из них она 100 куда-то дела. То есть дело сделано. Киллеры, которые замотали заказ на несколько месяцев, звонят "где деньги?", а денег нет. У Шафрая, который посредник, припадок. Он кричит: "Ты представляешь, что они сейчас со мной сделают?". Они едут, подробно это все описано в показаниях, отдают 100 тысяч. Предчувствия Шафрая, естественно, оправдываются, потому что Погоржевский начинает рвать и метать, где еще 100 тысяч. И мы видим, что поскольку денег нет, идет безумная цепочка звонков, постоянно идет созвон между этими абонентами в этом порядке: Погоржевский – Шафрай – Аскерова – Френкель. Вот эти два дня, пока не заплачены деньги, в 23.09, я вижу, звонит Аскерова Шафраю. В 23.17, сразу после этого, он звонит Погоржевскому. В полночь, в 00.08, звонит Аскерова Шафраю. В 00.23 он ей отзванивает. И так далее. Эти люди в таком порядке не звонили друг другу ни два дня назад, не звонят через неделю. Почему? У меня есть объяснение в рамках обвинения: деньги.

Объясните мне, пожалуйста, на суде, что и о чем созванивались эти абоненты? Госпожа Аскерова на суде заявляет, что, нет, она не передавала никакого заказа от Френкеля к Шафраю, она Шафраю передавала конверты, в которых был адрес дома, который она хотела получить, она занималась риэлторской деятельностью, и как туда попало фото Козлова, она понятия не имеет. Вот это объяснение госпожи Аскеровой как-то не соответствует этим звонкам, потому что очевидно, что если госпожа Аскерова передавала фото, а потом ей после убийства Козлова звонит Шафрай и говорит "сделано дело, надо деньги заплатить", так она должна бросить с Шафраем всякую связь. Она вместо этого начинает созваниваться с Шафраем, начинает созваниваться с Френкелем. Френкелю шлет отчаянные смс-ки "не подведи меня сегодня, пожалуйста", это как раз в день, когда передаются деньги. И более того, Шафраю 16 ноября звонят с Украины. А это уже не детализация звонков, это уже они стоят на прослушке. И Шафраю сообщают, цитирую: "Что-то этот в розыске, Богдан, я смотрю". Что делает Шафрай? Он сразу набирает Аскерову и говорит: "Представляешь, вот этот человек исчез, а им еще эти интересуются". Ребята, это как? Госпожа Аскерова занималась риэлторским бизнесом, передавая адрес здания в конверте Шафраю. Шафрай позвонил ей после убийства Козлова, говорит "заказ исполнен", и начинается такая история. Но эту историю вижу я, потому что я имею доступ к материалам следствия. Эту историю слышали присяжные. Публика эту историю не слышала. Это позорно. Это на нас наплевали, это нас растерли.

И на этом позорном обстоятельстве возрастают другие обстоятельства, потому что, к сожалению, система никогда не распадается поодиночке. Никогда не бывает так, что следствие и суд загнили и ведут себя позорно, а другая часть системы ведет себя нормально. Потому что возникает вопрос, как ведут на этом фоне себя адвокаты? Я вам приведу один пример. Адвокаты Френкеля Коблев, Кирсанова, Гребенщиков проводят пресс-конференцию. На ней они заявляют, что дело Френкеля является заказным, и в подтверждение приводят имеющиеся в деле прослушки, как они говорят, сотрудников ЦБ, которые говорят, цитирую: "Банк чистый, но это заказ свыше. Этому дебилу говорили, а он никому все равно не платил, а только кляузы писал". Я каюсь, что я абсолютно пропустила эту пресс-конференцию, то есть я где-то краем уха слышала, к этому времени я уже была привычна к тому, что вытворяет защита, как-то понимала, что таких прослушек в ЦБ не бывает, и упустила из виду. А потом на них смотрю и думаю: "Ба, действительно, есть же такие прослушки в деле, я же их читала". Только это не прослушки ЦБ. Это прослушки человека, которого зовут Джуба Элбакидзе, и который является одним из самых знаменитых обнальщиков России. А попали они в дело потому, что следователь Шантин, который ведет дело Элбакидзе, обратил внимание, что Элбакидзе и Френкель вместе моют деньги через банк "Европроминвест". Собственно, Элбакидзе покупает этот банк. И я, естественно, не буду цитировать все эти прослушки. Кстати, в понедельник мы их печатаем в "Новой газете", так сказать, в первозданном виде.

Но я вам только скажу, что эти прослушки представляют безумный интерес с точки зрения реалий российской помывочной деятельности, потому что там, в разговорах Элбакидзе и Френкеля, в разговорах Элбакидзе и партнеров, ни разу не употребляется слово "процентная ставка", "либор", "ипотека". Там такая целая новая терминология: "сливник", "закрывашка", "концевик", "переставиться". Причем очень быстро выясняется, что Элбакидзе немножко попал, потому что он договорился с Френкелем об одном – он покупает банк Френкеля "чисто на "закрывашку" и хочет "гонять через него объем". И он думал, что этот объем можно гонять, потому что банк чистый, а "чистый" в специфической терминологии наших обнальщиков, это, знаете, у бандитов хата какая называется чистой – не та, где никого не зарезали, а та, про которую менты не знают. Вот чистый банк – это банк, на котором нет предписания, через него можно мыть деньги полтора-два месяца, "закрывашка", пока ЦБ не спохватится. А выяснится, что банк уже под прицелом, и тут Элбакидзе бросается действительно звонить куче всякого народу, видимо, чиновного, с просьбой отмазать банк, и в числе прочего он произносит замечательные слова о том, что на этом банке заказ Козлова, что три банка утопили у Френкеля уже, а так, цитирую, "связи у него большие, и Кудрина знает близко, и Колесникова, и всех". Видимо, эти слова Элбакидзе являются таким отражением тех представлений, которые питает о себе господин Френкель – и Кудрина знает, и Колесникова, и вот только Козлов его заказал.

Я почему говорю об этих прослушках – потому что очевидно, что ни при какой погоде, находясь в здравом уме и твердой памяти, адвокаты господина Френкеля не могли спутать брехню Джубы Элбакидзе с откровениями сотрудников ЦБ. Это очень важный момент. Это история, к которой мы в России еще не привыкли. В Америке к ней привыкли. В Америке про эту историю снят фильм "Адвокат дьявола" – про то, на что способен адвокат. В России традиционно считается, что на все, что угодно, способно только обвинение. Вот я только что рассказывала замечательную историю адвоката Хайретдинова, на которого заведено уголовное дело, потому что он пытался выяснить, куда делись 5 миллиардов рублей у государства, и при этом не взял доверенности у тех лиц, которые украли эти 5 миллиардов рублей. Мы не привыкли, что геббельсовщина может твориться также и со стороны адвоката.

И еще одна вещь, которая меня действительно бесит, потому что мы должны были иметь возможность, иметь право составить на открытом суде свое мнение о том, как ведет себя обвинение, как ведет себя защита, как ведет себя сам подсудимый. Мы этого не можем. Я даже не могу сказать, что я думаю, как он себя вел, потому что это будет нечестно. Я могу только рассказать несколько эпизодов, как Френкель себя вел во время предварительного следствия, потому что когда мне говорят, что права Френкеля были нарушены, я хочу сказать, что права Френкеля были нарушены и во время предварительного следствия, когда множество его ходатайств или ходатайств его адвокатов осталось без удовлетворения. Одно из этих ходатайств, например, такое. Если вы помните, Френкель написал знаменитые письма о том, что это ЦБ в России моет деньги, о том, что это ЦБ главный обнальщик, о том, что вообще выполняет заказ Госдепа с целью развала чистой, белой и пушистой российской банковской системы и передачи власти, видимо, в руки того, на кого укажут США. И вот в рамках проведения проверки по этим письмам пришел в камеру к Френкелю помощник генпрокурора Пухов, и адвокаты пишут жалобу. Они пишут о том, что, во-первых, учитывая большую общественную значимость информации о коррупции в банковском сообществе, невозможность самостоятельно обеспечить свою безопасность, будучи арестованным, вполне реально опасаясь убийства, Френкель ходатайствует о применении к нему Федерального закона РФ "О государственной защите потерпевших, свидетелей…", и в таком случае согласен дать показания. То есть еще раз: человек, которого обвиняют в убийстве Козлова, готов объяснить врагам Козлова и рэкетирам в погонах, почему он называет Козлова агентом Госдепа и почему Центральный Банк Российской Федерации работает на Америку, и как другие банки моют деньги. Вот такая жалоба. И теперь я понимаю, почему, собственно, Френкель писал свои письма. Это была оферта своих услуг: смотрите, сколько денег с помощью меня можно заработать!

Но если вам кажется, что на этом все кончается, так я вам скажу еще интересней, потому что дальше адвокат Френкеля, я думаю, в данном случае они выполняют пожелание клиента, пишут жалобу и на саму Генеральную прокуратуру. Они возмущены тем, что в камеру Френкеля пришел помощник прокурора. Они обращают внимание, цитирую: "Личность Пухова ничем не была подтверждена. Им не было предоставлено служебное удостоверение. Проверку должен проводить прокурор или следователь. В приведенной правовой норме не сказано, что проверку полномочен проводить сотрудник прокуратуры, отвечающий за осуществление надзора". Вы поняли? То есть господин Френкель хочет статус государственной защиты потерпевших, и тогда он расскажет, какой плохой Козлов. Собственно, он это все время рассказывает. Но этого мало. Он еще объясняет Генеральной прокуратуре о том, как она должна к нему приходить. Вот эта жалоба оставлена без удовлетворения. Ну, видимо, да, нарушены права Френкеля, причем многократно. Еще раз повторяю, свинство абсолютное заключается в том, что весь этот балаган мы не имели возможности наблюдать воочию. Нам наплевали в лицо. А наплевали нам в лицо потому, что подробности этого дела, в частности, людям, которым, видимо, платились взятки за то, чтобы банк Френкеля продолжал считаться белым и пушистым, людям этим очень не хотелось появляться на скамье свидетелей, а я бы с удовольствием увидела их еще и на скамье подсудимых. И я надеюсь, что когда-нибудь, если в России переменится власть, то наряду с процессом по Беслану, с новым процессом по ЮКОСу, будет новый процесс по убийству Козлова и на нем будут обнародованы, вызваны в качестве свидетелей и бывший аудитор Счетной палаты Сурков, к которому Френкель хотел устроиться на работу, и бывшая начальница ОПЕРУ-2 Галина Ситникова, которая почему-то не замечала нарушений в банках.

Мне надо заканчивать. Я переговорила слишком много. У меня тут вопрос есть про Светлану Бахмину. Про то, почему власть не может ее помиловать. Вы знаете, ответ у меня один: почему власть не обращает на это внимания, на то, что происходит с Бахминой – а ей нечего сказать. Ей нечего сказать, поэтому она говорит "во-первых, она прошения не подавала, во-вторых, она его забрала". Меня очень греет один момент. Момент заключается в том, что… Посмотрите, вот сняли Зязикова, и была куча народу, которая Зязикова защищала, прежде чем его сняли. И теперь никого за эту неделю в защиту Зязикова. И я знаю, что так же будет, когда выпустят Бахмину и выпустят Ходорковского. Те люди, которые их сажали, не получат сочувствующих, в отличие от людей, которые сейчас сочувствуют Бахминой. До встречи через неделю.


Полный текст на echo.msk.ru
Tags: Юлия Латынина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments